Неоген, публикации из палеонтологического форума:

Неогеновые двустворчатые моллюски Восточного Паратетиса Западного Предкавказья.

Пришло время объединить в одном месте,в виде мини-определителя,многочисленные находки ископаемых двустворок,для удобства как самомУ,так и возможно для более удобного определения своих находок остальным участникам сайта. Все образцы собраны лично из разных местонахождений Крымского р-на,Краснодарского кр.,что и будет указано в описании к фото. 1. CARDIIDAE. Пожалуй самая многочисленная,в видовом многообразии,группа двустворчатых моллюсков,встречаемая в исследуемых обнажениях. Plicatiformes … >>>

Подробнее >>> >>>

Дорога домой


Дорога домой… После очередной очень интересной и познавательной встречи на собрании ОЛОК, возвращаясь домой, мы остановились около моста через р. Белая: Река Белая Спустясь к ней, мы сразу увидели белемниты: Собрав их, нашли конкрецию с наутилусом: Пройдя дальше по течению стали попадаться валуны с наутилусами и аммонитами: … >>>

Подробнее >>> >>>

Онкоиды (родоиды) Бурштына.

В 2011 году, во время поисков фоссилий в районе г.Бурштын Галичского р-на Ивано-Франковской обл., мне часто попадались образования в виде обкатанных образований различной формы, но в основном в виде приплюснутых шаров белого, серого и серо-голубого цвета. Размеры их колебались от нескольких миллиметров до 5-6 см в диаметре и многие были по форме похожи на цветную капусту. Некоторые, на вид красивые, серо-голубые образования я брал, прошлифовывал срезы и позже установил, что это строматолиты, … >>>

Подробнее >>> >>>


Неоген, все палеонтологические публикации >>>

Источник: www.ammonit.ru

Неогеновый период

Неогеновый период, неоген, второй с начала кайнозойской эры геологический период продолжительностью 23 млн лет. Делится на 2 отдела: ниж. (миоцен) и верх. (плиоцен). В СССР с 1960 Н. п. стал рассматриваться как самостоят. В неогене окончательно сформировалась альпийская складчатая система, завершился орогенный этап развития земной поверхности: образовались высочайшие хребты Крыма, М. Азии, Альп, Апеннин, Балкан, Гималаев, Кавказа, Карпат и др. горных систем. Одноврем. складчатые области создавались и вдоль береговой линии Тихого океана: на Камчатке, Сахалине, Филиппинах, в Японии и Н. Гвинее, в прибрежной части Кордильер и Анд. Горообразование сопровождалось интенсивной вулканич. деят-стью и частыми вертикальными колебат. движениями земной коры, обусловливавшими изменение размеров и очертаний мор. басс. и постепенную изоляцию их от океана. В конце неогена произошло похолодание, приведшее в горных районах к оледенению. В этот период значит. изменились наземные фауна и флора; появилось мн. родов и семейств млекопитающих (нек-рые из них существуют и поныне) — быки, гигантские тигры, гиены, гиппарионы, грызуны, мастодонты, медведи, носороги, обезьяны (в т. ч. человекообразные), олени, собаки. В позднем миоцене вследствие установившихся связей между Евразией и Сев.


ерикой произошла миграция фауны из одних провинций в др. В Юж. Америке фауна млекопитающих была представлена неполнозубыми и копытными, к-рые вымерли в конце неогена. В плиоцене фауна мигрировала из Сев. в Юж. Америку. В Австралии, изолир. в Н. п., сохранился очаг развития низших млекопитающих (сумчатых, однопроходных). В мор. басс. неогена продолжали существовать те же группы фауны, что и в палеогене. Растительность Н. п. имела состав, близкий к совр.; сохранялись также отд. представители флоры палеогена. Возникли степные и лесостепные пространства. В умеренных поясах тропич. и субтромич. растительность сменилась листопадной, к-рая продолжала продвижение на Ю. Сев. части континентов покрывались хвойными лесами; в конце неогена появилась растительность тундры и тайги. На Юж. Урале Н. п. протекал в континент. режиме, близком к совр. В этот период происходило формирование осадочных толщ, выполаживающих неровности донеогенового рельефа как на водоразделах, так и в понижениях, где заполнялись блюдцеобразные эрозионные депрессии и карстовые долины. В основании разреза неогеновых отложений обычно расположены довольно мощные (до 15—20 м) толщи существенно каолинитовых, часто огнеупорных светлых и пестроцветных глин с пачками разнозернистых кварцевых песков, прослоями гравийно-галечного мат-ла, с к-рым нередко связаны россыпи золота. Эти толщи формировались в раннем миоцене при разрушении гранитоидных пород. Пески подобных толщ используются в качестве стек., формовочного и строит.
iv>
рья. Ср. часть разреза представлена мощными толщами светлых, зеленовато-серых и пестрых комковатых глин, часто бентонитовых, содержащих включения гипса, карбонатных стяжений с железисто-марганцовыми бобовинами; нередко присутствуют линзы и прослои разнозернистых песков и щебня. Это озерно-болотные отложения. Мощность их до 100—120 м. В верх. части отложения представлены обычно бурыми, кр.-бурыми, реже зеленовато-серыми глинами с карбонатными конкрециями, железисто-марганцовыми бобовинами, линзами и прослоями песков с гравием. Мощность отложений 20—50 м. Глины используются в цементной и кирпичной пром-сти, пески — в стр-ве. Вверху неогеновые отложения постепенно сменяются близкими по составу продуктами неоген-четвертичного и четвертичного возраста, свидетельствующими о тесной связи Н. п. и четвертичного периода (продолжающегося поныне).

Источник: chel-portal.ru

Неогенный периодНЕОГЕНОВАЯ СИСТЕМА (ПЕРИОД), неоген (от греч. neos — новый и genos — рождение, возраст), — вторая система кайнозойской эратемы, соответствующая второму периоду кайнозойской эры истории Земли; в стратиграфической шкале следует за палеогеновой системой и предшествует четвертичной системе. Начало неогенового периода, по уточнённым данным, определяется радиометрическим методом в 23,5 млн. лет, а конец — в 0,7 млн. лет (по схеме, принятой Межведомственным стратиграфическим комитетом Академии Наук CCCP) или же в 1,8 млн. лет (по решению Международного геологического конгресса в 1948) от современности. Общая продолжительность периода 22 и 23 млн. лет соответственно. Название «неогеновая система» было предложено в 1853 австрийским геологом М. Гёрнесом для выделенных в 1833 английским геологом Ч. Лайелем двух отделов — миоцена и плиоцена.


Подразделения неогеновой системы подразделяется на два отдела: нижний — миоцен и верхний — плиоцен. В дальнейшем эти отделы были разделены на подотделы и ряд ярусов, установленных в области Средиземноморья и некоторое время считавшихся ярусами международной шкалы. Однако после проведённой в 1970-х гг. ревизии ярусы средиземноморской шкалы стали рассматриваться только как региональные. В 1975 на конгрессе Регионального комитета по стратиграфии средиземноморского неогена были приняты три равноценные региоярусные шкалы для Средиземноморья, Западного и Восточного Паратетиса. Одновременно при изучении океанических осадков были разработаны зональные шкалы по планктонным фораминиферам и по нанопланктону, которые используются при корреляции неогена океанических районов, а также при сопоставлении региоярусных шкал отдельных регионов. Таким образом, для неогеновой системы не существует общепринятой международной ярусной шкалы. Региональные ярусы и биозоны, используемые в отдельных регионах, распределяются в пределах отделов и подотделов (табл.).

>

Общая характеристика. Неогеновые отложения широко распространены под покровом четвертичных отложений на всех континентах и на дне океанов. Неогеновый период был одним из наиболее геократических этапов в развитии Земли, особенно его 2-я половина — плиоцен. К концу плиоцена сформировались основные черты современного рельефа и гидросети, завершилось образование многочисленных горных систем — Альп, Карпат, Балкан, Апеннин, Крыма, Кавказа, Гималаев, Кордильер Северной и Южной Америки, островных дуг — Алеутской, Корякско-Камчатской, Японской и др. Усиление поднятий привело к образованию многочисленных внутренних впадин и глубоководных внутренних и окраинных бассейнов. Быстрый рост горных систем сопровождался складко- и шарьяже-образованием и сильной вулканической деятельностью. Для неогенового периода в целом было характерно значительное похолодание климата и образование ледниковых покровов Антарктиды и Гренландии. Снижение температуры привело к резкой дифференциации климата и соответственно ландшафтных зон. На этом общем фоне ухудшения климата наблюдались и отдельные этапы потеплений. После холодного периода 1-й половины раннего миоцена наступило значительное потепление, известное как климатический оптимум 2-й половины раннего — начала среднего миоцена. В это время в высоких широтах появились термофильные элементы среди древесных растений, пресноводных моллюсков и наземных млекопитающих на суше и ряд теплолюбивых форм среди моллюсков, фораминифер и других групп беспозвоночных — в морях.


Начиная со 2-й половины среднего миоцена вновь наступило похолодание и началась аридизация климата, продолжавшаяся в позднем миоцене. Это привело к сокращению лесов и развитию лесостепных и степных пространств. В Антарктиде возникло покровное оледенение. В плиоцене продолжалось похолодание, на фоне которого происходили неоднократные колебания температурного режима. В 1-й половине плиоцена появились покровные ледники Северного полушария. В течение неогенового периода распределение океанов, морей и суши постепенно приближалось к современному, что сопровождалось глобальным (гляцио-эвстатическим) понижением уровня океана с отдельными колебаниями, соответствовавшими масштабам оледенения. В начале миоцена крупное континентальное море — Паратетис, образовавшееся в олигоцене на северной окраине океана Тетис, потеряло связь с бореальными морями, сохранив связь с Тетисом, которая неоднократно прерывалась в миоцене. В середине миоцена Тетис окончательно распался и Средиземное море отделилось от Индо-Пацифики. В позднем миоцене Средиземное море отчленилось от океана в связи с глобальным падением уровня океана, в нём образовались мощные толщи эвапоритов (мессинский кризис солёности). В плиоцене Средиземное море вновь соединилось с Атлантикой, а Паратетис распался, и на его месте сформировались Азово-Черноморский и Каспийский бассейны. Трансгрессии морских бассейнов, захватывавшие окраинные области континентов, отмечались главным образом в 1-й половине миоцена, а в плиоцене морей с нормальной солёностью в пределах современных континентов практически не было.


целом трансгрессии неогеновых морей и осадконакопление на континентах происходили на фоне сложной и быстро меняющейся тектонической и палеогеографической обстановки, что обусловило пестроту фациального состава неогеновых отложений этих областей. Наиболее распространены были континентальные песчано-глинистые и молассовые формации; среди морских отложений основную роль играли песчано-глинистые и карбонатно-обломочные; значительное распространение имели и наземно-вулканогенные формации. Морские карбонатные отложения и эвапориты были относительно мало развиты. Биогенная седиментация в океане стала более интенсивной, чем прежде; оформились три пояса, установленные для современного океана: экваториальный, северный и южный пояса кремненакопления и карбонатонакопления. Кремненакопление в неогене (более мощное, чем в меловое и палеогеновое время) происходило в основном за счёт диатомовых водорослей. В приконтинентальных районах преобладали терригенные отложения.

Органический мир. В растительном мире неогенового периода основную роль играли те же группы, что и в современную эпоху. На суше господствовали высшие растения, а среди них покрытосеменные и голосеменные, в меньшей степени были распространены папоротники, мохообразные и пр. В умеренных широтах палеогеновые термофильные элементы отмечались только в 1-й половине миоцена, несколько расширив свой ареал в период климатического оптимума конца раннего — начала среднего миоцена. Основной компонент лесной растительности — листопадные формы. В связи с общим похолоданием и аридизацией климата проявилась широтная зональность, оформились все существующие ныне растительные зоны и флористическая область.


Растительность морей и других водоёмов была представлена различными водорослями (диатомовыми, золотистыми, багряными, пиррофитовыми и пр.) и некоторыми высшими растениями.

В Евразии в начале миоцена состав млекопитающих ещё близок к олигоценовому и только во 2-й половине раннего миоцена появились формы миоценового типа — хоботные (гомфотерии, зиголофодоны) и др. В среднем миоцене наряду с хоботными (мастодонты) и лошадиными (анхитерии) распространились бовиды и другие обитатели полуоткрытых и сухих пространств. В позднем миоцене сформировались сообщества степных травянистых равнин — т.н. гиппарионовая фауна (гиппарионы и разнообразные бовиды — газели, палеориксы и др.), существовавшая до конца миоцена — начала плиоцена. В плиоцене на территории Евразии несколько раз происходила смена фаун млекопитающих. На границе плиоцена и плейстоцена (0,7 млн. лет) появились холодолюбивые и перигляциальные формы — мамонт, овцебык, сайга и др. Фауна неогеновых млекопитающих Африки была близка к евразиатской. Млекопитающие Австралии были представлены отрядами сумчатых и однопроходных. В Южной Америке в миоцене основную роль играли сумчатые, неполнозубые (муравьеды, ленивцы, броненосцы), грызуны и некоторые эндемичные копытные. В позднем миоцене произошёл обмен фаунами Северной Америки с Евразией, а в плиоцене отмечена миграция млекопитающих (хищники, лошади и др.) из Северной Америки в Южную.


В неогеновых океанах и морях были распространены представители простейших (фораминиферы, в меньшей степени — радиолярии), брюхоногие и двустворчатые моллюски, ракообразные (остракоды и другие группы), мшанки, иглокожие (морские ежи), кишечнополостные (шестилучевые кораллы), а из хордовых — костистые и хрящевые рыбы и водные млекопитающие.

Полезные ископаемые. С неогеновыми отложениями связаны многочисленные полезные ископаемые. Из осадочных полезных ископаемых наиболее важны месторождения нефти и газа в предгорных и межгорных прогибах Ближнего и Среднего Востока, Калифорнии, Аляски, Японии и т.д. В CCCP к нефтегазоносным регионам, отвечающим крупным предгорным прогибам, относятся Прикарпатский, Азово-Кубанский, Терско-Каспийский; межгорным впадинам — Закарпатский, Восточно-Черноморский, Южно-Каспийский и Ферганский; внутрискладчатым депрессиям — Сахалино-Охотский, Южно-Охотский и Анадырский. Достаточно многочисленны в неогеновых отложениях месторождения бурых углей и лигнитов, несколько реже отмечаются и каменные угли. Так, на территории CCCP разрабатываются месторождения Дальневосточной, Колымской, Центрально-Якутской, Амурской, Прибайкальской угленосных провинций и областей, Закарпатского и Южно-Уральского буроугольных бассейнов и др. На территории зарубежной Европы известны буроугольные месторождения в ГДР, Болгарии, Венгрии, Румынии, Чехословакии, Югославии и др. В Азии наиболее крупные залежи угля связаны с Анатолийским буроугольным бассейном, известны месторождения угля также в Индии, Китае, Юго-восточной Азии. Значительными запасами обладают угольные месторождения Северной и Южной Америки и Австралии (бассейны Латроб-Валли и др.). Отмечены месторождения серы, связанные главным образом с эвапоритовыми формациями (Предкарпатье, Апеннинский полуостров, Сицилия), а также залежи солей (Предкарпатье, Закарпатье, Закавказье, Средняя Азия и др.). Образовались россыпные месторождения титана, олова, ильменита, рутила, циркона и др., многие бокситовые месторождения тропического пояса (Ямайка, Гайана, Суринам, Гана, Гвинея). Значительны также месторождения бентонитовых и палыгорскитовых глин, алунитов, перлитов, каолинитов, галлуазита. В качестве строительных материалов, керамического и цементного сырья используются известняки, кварцевые пески, песчаники, диатомиты, глины.

С интрузивными и эффузивными породами связаны многочисленные и разнообразные месторождения руд ртути, олова, свинца, цинка, сурьмы и других элементов, образующие местами рудные пояса (полиметаллический пояс Перу, золотоносный пояс Эквадора, оловоносный и меденосные пояса Боливии, медно-серебряные месторождения Центральной Америки, медистые песчаники Таджикской депрессии, полиметаллические месторождения и ртутные рудные провинции Альпийского складчатого пояса, в т.ч. Закарпатья). В северо-западной и западной частях Тихоокеанского побережья, в т.ч. на Корякском нагорье, Камчатке, Курильских островах, Сахалине, распространены касситерит-сульфидные, колчеданные, ртутные, сурьмяные рудные провинции, месторождения руд свинца, цинка, меди, золота, серебра, молибдена, мышьяка, хрома и других металлов. Области интенсивного вулканизма и магматизма перспективны для поисков руд цветных металлов. В океанических областях песчано-глинистые шельфовые отложения во многих районах нефтегазоносны: Мексиканский залив, Карибское море, Гвинейский залив, Средиземное, Красное, Берингово моря, залив Аляска, Японское и Южно-Китайское моря, шельфы Чили, Перу, Эквадора, Калифорнии. На северо-восточном шельфе Австралии продуктивная толща приурочена к миоценовым рифам. Большие перспективы связаны с Железомарганцевыми конкрециями, содержащими многие ценные металлы (никель, медь, кобальт и др.), и фосфоритами. Фосфориты и фосфатизированные осадки и породы распространены как на шельфах и в верхних частях континентальных склонов, так и в пелагических областях, преимущественно на подводных горах. Часть обогащенных фосфоритами пород имеет миоценовый возраст — шельфы северо-западной, юго-западной и южной Африки, восточных и западных берегов Северной Америки, Новой Зеландии, подводные горы Тихого, Индийского и Атлантического океанов.

Источник: www.mining-enc.ru

Неогеновый период и миоценовая эпоха

Министерство образования и науки РФ

Федеральное агентство по образованию

Марийский Государственный Технический Университет

Кафедра экологии, почвоведения и природопользования

Неогеновый период и миоценовая эпоха

Йошкар-Ола

Оглавление

неогеновый миоценовый экосистема

Неогеновая система (период)

Подразделения

Общая характеристика

Органический мир

Полезные ископаемые

Миоценовая эпоха

Все больше травоядных

Круговой обзор

Леса способны прокормить лишь ограниченное число животных

Трава — неутомимый производитель пищи

Новые зубы для нелегкой работы

Длинные ноги для быстрого бега

Прочие новоселы и новоявленные путешественники

Первые человекообразные обезьяны

Список литературы

Неогеновая система (период)

Неогеновая система (период), неоген (от нео… и греч. génos — рождение, возраст), толща (система) слоев горных пород, отложившихся в предпоследнем периоде геологической истории Земли. Неогеновая система относится к кайнозойской группе (эре), следуя за палеогеновой системой (периодом) и предшествуя антропогеновой системе (периоду). Начало Неогенового периода определяется радиологическими методами 25 млн. лет назад, а продолжительность свыше 23 млн. лет. Неогеновая система делится на два отдела — миоцен и плиоцен, которые были выделены, в Италии в 1833 английским геологом Ч. Лайелем . Название Неогеновая система (период) предложено в 1853 австрийским геологом М. Гёрнесом. Для познания Неогеновой системыю га территории СССР основное значение имели исследования русского учёного Н. И. Андрусова (с 1882 по 1917). Результаты этих исследований служат основой для стратиграфического разделения Неогеновой системы на территории СССР. Они были дополнены и развиты работами советских учёных: В. П. Колесникова, Б. П. Жижченко, А. Г. Эберзина, Р. Л. Мерклина и др.; Неогеновая система Дальнего Востока изучалась Л. В. Криштофович и др. За рубежом исследования по Неогеновой системе проводились болгарскими учёными П. Гочевым и Е. Коеном, французскими — Ш. Депере, Э. Огом, М. Жинью, австрийскими — М. Неймайром, С. Шафером, венгерскими — К. Крейчи-Графом, Л. Лопи, румынскими — Э. Екелиусом, С. Чокорделем и др. Стратиграфию Неогеновой системы в области Тихого и Атлантического океанов изучали Г. Финлей (Новая Зеландия), Р. Клейнпелл (США), Г. Болли (Швейцария) У. Блоу (Великобритания).

Подразделения

Отложения Неогеновой системы повсеместно расчленяются на два комплекса — миоценовый и плиоценовый. Первый представлен морскими отложениями нижнего и среднего миоцена и гипсоносными отложениями верхнего миоцена (мессиний). Нижние горизонты плиоценовых отложений (плезанс) представлены преимущественно глинами; часто они заполняют узкие, но глубокие речные долины Роны, Нила и др. Верхние слои плиоцена, сложенные песками (астий), распространены за пределами долин, на более обширных пространствах. В Италии и Греции в плиоцене наблюдается много вулканических толщ. Во впадинах Центральной Европы осадконакопление в среднем миоцене происходило в условиях плохо сообщавшихся с морем бассейнов, которые разобщились в конце миоцена и образовали солоноватоводные лагуны и озёра. В последних развилась Сарматская фауна моллюсков, а позднее — Паннонская и Понтическая фауны. На юге СССР, в пределах Черноморско-Каспийской области, отделённой от Мирового океана грядой выросших в конце палеогена гор, существовал изолированный бассейн, временами сообщавшийся с океаном. Нижний миоцен и низы среднего миоцена представлены здесь верхней частью толщи глин майкопской серии, которая накапливалась в очень большом, но изолированном от океана бассейне. Вышележащие слои представлены либо солоноватоводными морскими (ярусы тарханский, чокракский), либо пресноводными (караганский ярус) и затем снова морскими (конкский ярус) отложениями. Верхний миоцен сложен образованиями опреснённого Сарматского озера и морскими отложениями мэотического яруса. В начале плиоцена на месте Чёрного и Азовского морей располагалось солоноватое Понтическое, затем Киммерийское озеро, которое было обособлено от Каспия, сохранившегося в эту эпоху в виде небольшого водоёма на юге котловины . В конце плиоцена (акчагыльский век) произошла последняя большая трансгрессия моря, соединившегося с океаном. Акчагыльское море по глубоким долинам Волги и других рек проникло в глубь Восточно-Европейской равнины (до Камы) и в пределы Кавказа, оставив в них отложения, по условиям залегания сходные с плезансом Западной Европы. На Кавказе распространены континентальные и мощные вулканические толщи плиоцена.

В Юго-Западной Азии во впадинах накапливались преимущественно континентальные отложения, особенно мощные в Белуджистане и предгорьях Гималаев (горы Сивалик), где с ними связаны местонахождения костей неогеновых млекопитающих и др. животных. В Индонезии Неогеновая система представлена мощным комплексом морских и континентальных отложений, среди которых присутствуют вулканические толщи. На основании сравнения фауны моллюсков, фораминифер, а также позвоночных (для континентальных слоев) здесь удалось выделить все главнейшие подразделения миоцена и плиоцена, сопоставляемые с европейскими.Морские отложения Неогеновой системы распространены по всей периферии Тихого океана; они слагают мощные осадочно-вулканогенные толщи Камчатки, Курильских островов, осадочные толщи Сахалина, Японских и Филиппинских островов, юга Аляски, побережий Калифорнии и Мексики. Значительные толщи Неогеновой системы распространены в Центральной Америке на островах Карибского моря, в Венесуэле и др. районах. Стратиграфия их основана на фауне морских прибрежных моллюсков и фораминифер. В 1968 на основе материалов глубоководного бурения началось изучение неогеновых отложений дна морей и океанов. Осадки Неогеновой системы вскрыты скважинами в Атлантическом, Тихом и Индийском океанах и в Средиземном море. В тропических, субтропических и умеренных климатических областях на глубине 3500-4000 м отложения Неогеновой системы представлены известковыми илами, состоящими из планктонных микроорганизмов (фораминиферы, наннопланктон); на больших глубинах абиссальных равнин — красными пелагическими глинами с радиоляриями. В бореальных районах (Берингово море, Алеутские острова, Антарктика) к Неогеновой системе относятся диатомовые илы и глины, морские ледниковые отложения. В составе отложений Неогеновой системы встречаются также вулканогенно-осадочные породы (Тихий океан), гипсы (Средиземное и Красное моря), турбидиты (Тихий и Атлантический океаны).

Общая характеристика

В Альпийской складчатой области Ю. Европы и Юго-Западной Азии в конце палеогена начался орогенный этап развития, который выражался в поднятии многочисленных горных хребтов (Альп, Карпат, Балкан, Динарских гор, Апеннин, Кавказа, Крыма, гор Понта и Тавра, Загроса, Белуджистана, Гималаев и др.). Рост гор сопровождался образованием межгорных и краевых впадин, которые усиленно прогибались и заполнялись продуктами размыва растущих гор (молассами). В результате движений земной коры осадочные толщи были собраны в складки. Вместе с тем происходили крупные внедрения гранитов. Вдоль разломов магма проникала на поверхность, изливаясь в виде лавовых покровов и образуя вулканические конусы. Главными центрами вулканизма были Апеннинский полуостров, Малая Азия, Ю. Балканского полуострова, Кавказ. В конце периода произошло образование глубоких впадин внутренних морей — Лигурийского, Тирренского, Ионического, Чёрного, Каспийского, а также Адриатического, Мраморного. Все они обладают относительно крутыми бортами и плоским дном. Под ними, как показывают геофизические наблюдения, отсутствует гранитно-метаморфический слой земной коры и непосредственно под осадочными толщами залегает базальтовый слой. По строению дна они сходны с впадинами океанов. В Индонезии поднимались подводные горные гряды, превратившиеся в цепи островов, образовались глубоководные геосинклинальные желоба и котловины окружающих морей.По периферии Тихого океана вдоль края материков также происходили поднятия горных систем (Кордильер, Анд, Камчатки, Японии, Филиппин, Новой Гвинеи, Новой Зеландии), рост островных дуг и образование глубоководных желобов и котловин. За пределами активных областей периферии Тихого океана и Средиземноморского пояса Евразии на многих участках материков в Н. п. также наблюдались интенсивные движения, выражавшиеся в глыбовых поднятиях гор и углублении разделявших их впадин. В это время образовались горы Центральной Азии: Тянь-Шань, Куньлунь, Алтай, Саяны, Прибайкалье, Становой хребет. Более слабые поднятия испытали также скандинавские горы, Атлас, Урал, Аппалачи, горы Восточной Австралии и др. Вместе с тем в двух активных областях материков, в пределах Африки и Азии, происходило формирование по разломам глубоких рифтовых впадин (провалов) земной коры и окаймлявших их поднятий. Это система грабенов района озера Байкал, Ангары, Баргузина и др., а также система грабенов Восточной Африки и Красного моря. Движения по разломам последней системы сопровождались землетрясениями и сильными явлениями вулканизма, выраженными огромными конусами действующих (Кения, Килиманджаро и др.) и потухших вулканов, с большими полями туфов и лав. Сходным, но менее грандиозным было образование грабена долины Рейна, сопровождавшееся вулканизмом. Формирование рифтовых впадин происходило в осевых частях срединноокеанических хребтов всех океанов, что также сопровождалось интенсивным вулканизмом и землетрясениями.Сильная расчленённость рельефа привела к тому, что отложения Неогеновая система частично формировались в отдельных более или менее изолированных бассейнах, следствием чего явилось большое разнообразие литологического состава и содержащихся в них органических остатков. В пределах центральных частей материков отложения Неогеновой системы распространены широко и представлены континентальными осадками незначительной мощности. Только в предгорных и межгорных впадинах они иногда достигают огромной мощности, измеряемой несколькими км; преобладают пески, песчаники, глины, мергели, органогенные известняки, а также мощные галечники и конгломераты подножий гор; местами известны угленосные породы с бурыми углями. В засушливых областях шло накопление мощных толщ гипса, калийной и др. солей. В конце неогена в северных горных странах образовались ледники и ледниковые покровы. В Антарктиде они появились в начале Неогенового периода В неогене происходило формирование современных контуров материков и океанов и основных черт их рельефа. Расположение климатических зон и характер растительного и животного мира были также близки к современным.

Органический мир

Большинство родов и многие виды растений неогена (особенно плиоцена) существуют доныне, хотя географическое распределение их во многих случаях изменилось. Климат Северного полушария в начале неогена был более тёплым и влажным, чем в современную эпоху, но постепенно всё более приближался к современному. В Сибири преобладали широколиственные леса, в Западной Европе в областях, расположенных на сравнительно высоких широтах, росли пальмы, лавры и мирты. К концу неогена Сибирь была покрыта хвойной тайгой, хотя по долинам рек ещё произрастали грецкие орехи. В Западной Европе к концу Н. п. вечнозелёные формы были оттеснены к побережьям Средиземного моря, сменившись севернее листопадными и хвойными лесами. Процессы постепенного похолодания и увеличения сухости климата устанавливаются по ископаемым флорам Северного и Южного полушарий. Ископаемая флора тропического пояса очень мало отличалась от современной. На равнинах Средней Азии и Казахстана близкая к современной степная и пустынная растительность также существовала с начала Неогенового периода. Начало неогена на территории Европы сопровождалось резким обновлением наземной фауны: вымерли сумчатые, древние хищники — креодонты, многие группы примитивных копытных. На смену им появились представители многих новых семейств, в большинстве своём существующих доныне: древние виды медведей, барсуков, гиен, первые хоботные (мастодонты и динотерии), предки лошадей — анхитерии, первые свиньи, антилопы, олени, быки, овцы, человекообразные обезьяны. Среди них появились, в частности, обезьяны — предки человека, ископаемые части скелетов которых находят в континентальных отложениях верхнего миоцена Северной Африки иплиоцена Восточно-Африканской рифтовой зоны. Появились новые роды насекомых и грызунов (например, тушканчики). Млекопитающие Северной Америки в начале неогена развивались обособленно и были значительно менее разнообразны. В середине неогена (верхний миоцен) между континентами Европы, Азии и Северной Америки установилась связь по суше (вероятно, в области Берингова пролива), что привело к большим миграциям млекопитающих и дальнейшему их развитию. В это время на обширных пространствах Европы и Азии распространяется очень однородная фауна степного типа, наиболее характерным и типичным представителем которой была трёхпалая лошадь — гиппарион. В несколько более молодых отложениях неогена встречаются наиболее древние остатки ласки, росомахи, настоящих лошадей и слонов. Конец неогена характеризуется в Европе исчезновением многих родов животных, которые, однако, продолжают существовать в современных странах тропического пояса. Южная Америка в течение большей части Неогенового периода была изолированным материком, на котором развивалась своеобразная фауна гигантских неполнозубых, сумчатых, копытных, грызунов и плосконосых обезьян, совершенно чуждых Северному полушарию. Лишь в среднем плиоцене установилась её связь с Северной Америкой, и проникшая оттуда более высокоразвитая фауна млекопитающих начала быстро вытеснять местные формы, которые в современную эпоху сохранились в небольшом числе видов. Австралия была изолированной с начала палеогена, здесь развивались сумчатые, иногда достигавшие гигантских размеров. В морской фауне Неогенового периода особенно обильны и разнообразны пластинчатожаберные и брюхоногие моллюски, фораминиферы. Почти все их роды и многие виды существуют доныне. В замкнутых и полузамкнутых, временами опреснявшихся морях и крупных пресноводных бассейнах на юге современной территории СССР развивались своеобразные пластинчатожаберные и брюхоногие моллюски, изучение которых позволило разработать очень детальную стратиграфию отложений Неогеновой системы. Большое стратиграфическое значение имеют также фораминиферы и остра коды.

Полезные ископаемые

С неогеновыми отложениями связаны многочисленные полезные ископаемые. Из осадочных полезных ископаемых наиболее важны месторождения нефти и газа в предгорных и межгорных прогибах Ближнего и Среднего Востока, Калифорнии, Аляски, Японии и т.д. В CCCP к нефтегазоносным регионам, отвечающим крупным предгорным прогибам, относятся Прикарпатский, Азово-Кубанский, Терско-Каспийский; межгорным впадинам — Закарпатский, Восточно-Черноморский, Южно-Каспийский и Ферганский; внутрискладчатым депрессиям — Сахалино-Охотский, Южно-Охотский и Анадырский. Достаточно многочисленны в неогеновых отложениях месторождения бурых углей и лигнитов, несколько реже отмечаются и каменные угли. Так, на территории CCCP разрабатываются месторождения Дальневосточной, Колымской, Центрально-Якутской, Амурской, Прибайкальской угленосных провинций и областей, Закарпатского и Южно-Уральского буроугольных бассейнов и др. На территории зарубежной Европы известны буроугольные месторождения в ГДР, Болгарии, Венгрии, Румынии, Чехословакии, Югославии и др. В Азии наиболее крупные залежи угля связаны с Анатолийским буроугольным бассейном, известны месторождения угля также в Индии, Китае, Юго-восточной Азии. Значительными запасами обладают угольные месторождения Северной и Южной Америки и Австралии (бассейны Латроб-Валли и др.). Отмечены месторождения серы, связанные главным образом с эвапоритовыми формациями (Предкарпатье, Апеннинский полуостров, Сицилия), а также залежи солей (Предкарпатье, Закарпатье, Закавказье, Средняя Азия и др.). Образовались россыпные месторождения титана, олова, ильменита, рутила, циркона и др., многие бокситовые месторождения тропического пояса (Ямайка, Гайана, Суринам, Гана, Гвинея). Значительны также месторождения бентонитовых и палыгорскитовых глин, алунитов, перлитов, каолинитов, галлуазита. В качестве строительных материалов, керамического и цементного сырья используются известняки, кварцевые пески, песчаники, диатомиты, глины. С интрузивными и эффузивными породами связаны многочисленные и разнообразные месторождения руд ртути, олова, свинца, цинка, сурьмы и других элементов, образующие местами рудные пояса (полиметаллический пояс Перу, золотоносный пояс Эквадора, оловоносный и меденосные пояса Боливии, медно-серебряные месторождения Центральной Америки, медистые песчаники Таджикской депрессии, полиметаллические месторождения и ртутные рудные провинции Альпийского складчатого пояса, в т.ч. Закарпатья). В северо-западной и западной частях Тихоокеанского побережья, в т.ч. на Корякском нагорье, Камчатке, Курильских островах, Сахалине, распространены касситерит-сульфидные, колчеданные, ртутные, сурьмяные рудные провинции, месторождения руд свинца, цинка, меди, золота, серебра, молибдена, мышьяка, хрома и других металлов. Области интенсивного вулканизма и магматизма перспективны для поисков руд цветных металлов. В океанических областях песчано-глинистые шельфовые отложения во многих районах нефтегазоносны: Мексиканский залив, Карибское море, Гвинейский залив, Средиземное, Красное, Берингово моря, залив Аляска, Японское и Южно-Китайское моря, шельфы Чили, Перу, Эквадора, Калифорнии. На северо-восточном шельфе Австралии продуктивная толща приурочена к миоценовым рифам. Большие перспективы связаны с Железомарганцевыми конкрециями, содержащими многие ценные металлы (никель, медь, кобальт и др.), и фосфоритами. Фосфориты и фосфатизированные осадки и породы распространены как на шельфах и в верхних частях континентальных склонов, так и в пелагических областях, преимущественно на подводных горах. Часть обогащенных фосфоритами пород имеет миоценовый возраст — шельфы северо-западной, юго-западной и южной Африки, восточных и западных берегов Северной Америки, Новой Зеландии, подводные горы Тихого, Индийского и Атлантического океанов.

Миоценовая эпоха

От 25 до 5 млн лет назад. На протяжении миоцена материки все еще находились "на марше", и при их столкновениях произошел ряд грандиозных катаклизмов. Африка "врезалась" в Европу и Азию, в результате чего возникли Альпы. При столкновении Индии и Азии вверх взметнулись Гималайские горы. В это же время сформировались Скалистые горы и Анды, поскольку и другие гигантские плиты продолжали смешаться и наползать друг на друга. Однако Австралия и Южная Америка по-прежнему оставались изолированными от остального мира, и на каждом из этих материков продолжала развиваться собственная уникальная фауна и флора. Ледниковый покров, начавший формироваться еще в олигоцене, в течение миоцена распространился на всю Антарктиду. Это привело к еще большему охлаждению мирового климата. С понижением температуры степи неуклонно разрастались и в конечном итоге заняли значительную часть Африки, Азии, Европы, а также Северной и Южной Америки.

Все больше травоядных

В миоцене млекопитающие стали гораздо многочисленнее и разнообразнее, среди них возникло множество травоядных. К этому времени "жвачный" желудок превратился в идеальный механизм для переваривания травы. В результате в миоцене произошел своего рода взрыв, породивший новые виды травоядных, способных "жевать жвачку". Жвачные животные могут набивать себе животы громадным количеством пищи, переварить которую можно и позднее. При этом если на жвачное животное нападет хищник, оно может удрать от него, унося с собой запас корма на несколько дней вперед. Оказавшись в безопасности, животное может без лишней спешки заняться перевариванием съеденного. В ходе этой своеобразной "жвачной революции" резко возросла численность предков нынешних антилоп, буйволов, оленей, жирафов и овец. В Северной Америке обитали антилопообразные вилороги — их причудливые рога росли у них на кончике носа. Появилось и много новых видов зубов чтобы совладать с травяным кормом, прежние зубы травоядных претерпели два основных изменения. Во-первых, узор из бугорков на жевательной поверхности зубов значительно усложнился, и они стали самозатачивающимися. Теперь на зубах, по мере стирания, образовывались ряды прочных эмалевых ребер, которые оставались острыми всю жизнь животного. Во-вторых, у отдельных зубов развились гораздо более широкие коронки (та часть зуба, что выдастся над десной) и они сделались крупнее. Эти новшества, как и появление корневых отверстий (которые обеспечивали приток крови к растущей части зуба), способствовали тому, что зубы животных стали расти всю их жизнь. Теперь постоянное трение зубов друг о друга больше уже не приводило к их преждевременному износу.

Круговой обзор

Необходимость приспособиться к преимущественно травяному корму — не единственная проблема, возникшая перед новыми миоценовыми травоядными. Не менее серьезные проблемы были связаны с жизнью на открытых равнинах, где травоядные постоянно находились на виду у хищников. Чтобы выжить в подобных условиях, животные нуждались в хорошем круговом зрении, дающем широкий или даже 180-градусный обзор (при таком обзоре глаза располагаются по ооеим сторонам головы, и животные видят и то, что впереди, и то, что сзади, оставаясь неподвижными). Такое зрение позволяло травоядным вовремя замечать опасность, грозящую с любого направления, что, в свою очередь, улучшало взаимодействие в стаде. Чтобы стадо имело больше шансов уцелеть на открытой местности, в нем выработались специальные методы несения, "караульной службы" (когда отдельные животные смотрят по диагонали через все стадо), а также более совершенные системы сигналов и обмена информацией внутри стада.

На протяжении миоцена лошади продолжали увеличиваться в размерах. Меригиппус по величине сравнялся с нынешним пони. Средний палец на каждой его ноге был непропорционально большим по сравнению с таким же пальцем у его предшественников, и можно сказать, что мерикгиппус всю свою жизнь ходил на цыпочках,- точнее, не ходил, а очень быстро бегал. Многочисленные бугорки на коренных зубах помогали ему пережевывать жесткую траву. Прежде лошади были лесными жителями и питались нежной и сочной листвой. Однако к началу миоцена они приспособились к жизни на открытых равнинах.

Леса способны прокормить лишь ограниченное число животных

Распространение степей и постепенное исчезновение лесов в миоцене сильно повлияли на рост численности популяций травоядных млекопитающих. Меньше деревьев — меньше энергии, которую они "отдают" животным. Представьте себе на минуту обычное дерево. Большую часть своей энергии оно расходует на создание для себя опоры. С этой целью у него развивается специальный твердый ствол и множество ветвей. В умеренном климате животные за год могут употребить в пищу лишь очень незначительную часть съедобного вещества, вырабатываемого деревом. На листопадных деревьях (которые ежегодно сбрасывают листву) листья вообще растут всего шесть месяцев в году, а плоды и семена (за исключением орехов) появляются только на несколько недель. Значит, леса умеренного пояса могут за год прокормить лишь ограниченное число животных.

Третье сообщение о слонах

Теперь слоны стали куда больше похожи на современных. Мастодонт — его называют платибелодон ("лопатобивне-вый") — прокладывал себе дорогу сквозь заросли подобно тяжелому бульдозеру. Из его нижней челюсти торчали широкие лопатообразные клыки, которыми он выкапывал из почвы разные растения. Дейнотерий был намного крупнее (около 4 м в плече). Изогнутыми клыками нижней челюсти он, возможно, поддевал съедобные коренья, как большими вилами.

Трава — неутомимый производитель пищи

С травами все обстоит совсем по-иному. В общем и целом травы — растения быстрорастущие и довольно устойчивые к изменениям климата. Большинство видов трав низкорослые. Лишь немногие вырастают до одного-двух метров и более, остальные намного ниже. В результате травянистое растение расходует на создание опорных структур крайне мало энергии — просто потому, что оно в ней почти не нуждается. Зато почти всю свою энергию травы тратят на производство и накопление питательных веществ. Таким образом, степи образуют обширные зоны повышенной фо-тосинтезирующей активности и могут обеспечить кормом многочисленные популяции животных.

Новые зубы для нелегкой работы

Резкое увеличение количества травы на суше в миоценовую эпоху означало, по сути, возникновение принципиально нового источника пищи. Однако поначалу травоядным млекопитающим было непросто воспользоваться ресурсами этой бездонной кладовой. Некоторые их виды даже вымерли, поскольку не смогли приспособиться к травяному рациону. Млекопитающим, зубы которых были рассчитаны на пережевывание мягкой листвы, оказалось нелегко перейти на такой жесткий и волокнистый корм, как трава. Для таких животных травяная "диета" означала постоянное усиленное жевание, и их зубы быстро изнашивались, создавая им серьезнейшие проблемы. Ведь млекопитающие не обладают неограниченным запасом зубов, а беззубые челюсти означают для них неминуемую голодную смерть. Ответственная проблема, возникшая перед новыми миоценовыми травоядными. Не менее серьезные проблемы были связаны с жизнью на открытых равнинах, где травоядные постоянно находились на виду у хищников. Чтобы выжить в подобных условиях, животные нуждались в хорошем круговом зрении, дающем широкий или даже 180-градусный обзор (при таком обзоре глаза располагаются по обеим сторонам головы, и животные видят и то, что впереди, и то, что сзади, оставаясь неподвижными). Такое зрение позволяло травоядным вовремя замечать опасность, грозящую с любого направления, что, в свою очередь, улучшало взаимодействие в стаде. Чтобы стадо имело больше шансов уцелеть на открытой местности, в нем выработались специальные методы несения "караульной службы" (когда отдельные животные смотрят по диагонали через все стадо), а также более совершенные системы сигналов и обмена информацией внутри стада.

Одна из крупнейших среди современных акул — большая белая акула, достигающая длины 10м. Но этот гигант показался бы карликом в сравнении с одним из своих предков, кархародоном мегалодоном. Эта рыба обитала на Земле с миоценовой по плейстоценовую эпоху. И хотя кархародон мегалодон известен нам лишь по ископаемым зубам, ученые все же смогли воссоздать его внешний облик. Взгляните на фотографии двух зубов вверху, изображенных в натуральную величину. Тот, что слева, принадлежит взрослой большой белой акуле. Другой же — ископаемый зуб кар-хародона. Ученые сопоставили оба зуба и, основываясь на известных им размерах большой белой акулы, прикинули, что длина кархародона от носа до кончика хвоста должна оыла составлять не менее 20 м.

Длинные ноги для быстрого бега

Длинные ноги также ценное подспорье при жизни на равнине. Они позволяют животному держать голову высоко над землей и тем самым лучше обозревать окрестности. Ну и, разумеется, длинные ноги служат своему хозяину незаменимым средством спасения в случае опасности. Поэтому в течение миоцена конечности травоядных животных постепенно приспособились к быстрому бегу. Кости нижней части ноги со временем удлинились, а кости верхней, напротив, стали короче. Главные мышцы, ответственные за движение конечностей, также укоротились и располагались теперь выше, ближе к лопаткам и подвздошным костям, где они соединялись с туловищем животного. При таком строении мускулатуры животное могло совершать длинные прыжки, затрачивая при этом минимум энергии. Ноги травоядного, обитающего на равнине, весят очень мало и не обладают большой силой. Однако они идеально приспособлены для бегства от хищника и позволяют животному покрывать большие расстояния на высокой скорости, стоит ему только войти в надлежащий ритм бега.

Халикотерии были весьма странной группой млекопитающих. Они походили на помесь лошади и носорога. Когти на их конечностях указывают на то, что питались они скорее кореньями, чем травой.

Экосистема миоцена

Мы можем получить некоторое представление о миоценовой экосистеме, если обратимся к ее современному аналогу — вос-точноафриканским саваннам. Травянистая равнина обеспечивает разными видами корма разнообразных животных. В саваннах Восточной Африки зебры объедают грубые верхушки трав, а антилопы гну их поросшие листьями центральные части. Газели же отыскивают богатые протеином семена и побеги у самой земли. Борода-вочники часто опускаются па колени, чтобы дотянуться до самой короткой травы или выкопать из земли съедобные луковицы и клубни. Есть в саваннах и травоядные, которые находят корм выше уровня самых высоких трав. К примеру, черный носорог питается древесной корой, тонкими ветками и листвой, а вот слон ест и траву, и листья деревьев, зачастую поглощая за день до 250 кг растительности. Ну а жирафу рост позволяет избегать какой бы то ни оыло конкуренции, поскольку он может обрывать веточки и листву на высоте 6 м от земли. Таким образом, различные виды растительноядных животных не претендуют на пищевые ресурсы друг друга, и корма здесь хватает на всех. Возможно, так же было и во времена миоцена: различные виды существовали за счет различных частей экосистемы.

Эгиптопитек, небольшая человекообразная обезьяна, жил на территории современного Египта в олигоценовую эпоху, около 27 млн лет назад. У него были короткий хвост и выдающаяся челюсть. Это не прямой предок человека, но, возможно, предшественник нынешних человекообразных обезьян.

Прочие новоселы и новоявленные путешественники

В тот же период появились и другие новоселы. В начале миоцена ряды птиц пополнились новыми видами попугаев, пеликанов, голубей и дятлов. Чуть позже к ним присоединились первые вороны и соколы. Бурно эволюционировали такие новые млекопитающие, как мыши, крысы, морские свинки и дикобразы. Появилась и странная группа лошадеобразных животных — их называют халикотериями. Большими когтями, напоминающими копыта, они выкапывали съедобные коренья. Отныне животные могли свободно перемещаться из Африки в Европу или Азию и обратно. Вскоре возникло своего рода двустороннее движение, при котором слоны мигрировали из Африки в Евразию и Северную Америку, а кошки, буйволы, жирафы и свиньи путешествовали в обратном направлении.

Первые человекообразные обезьяны

Первые приматы были маленькими зверьками, похожими на землероек. Они появились на Земле около 65 млн лет назад. Эволюция продолжила работу в этом направлении, и к середине олигоцена сформировались две основные группы приматов — обезьяны Нового Света (в Южной Америке) и обезьяны Старого Света (в Африке и Азии). Вскоре от африканской ветви произошла еще одна группа обезьян, ставшая родоначальницей человекообразных обезьян и в конечном итоге-человека. Мозг человекообразных обезьян крупнее, чем у прочих их сородичей. Кроме того, у них нет хвоста, а длинные и сильные руки отлично приспособлены для лазанья по деревьям и перепрыгивания с ветки на ветку. В руки ученых попали ископаемые останки небольшой человекообразной обезьяны, которую назвали эгиптопитеком ("египетской обезьяной"). Она обитала в Африке в олигоценовую эпоху, около 27 млн лет назад. Никто не может с уверенностью утверждать, что именно эгиптопитек был родоначальником современных человекообразных обезьян, но это вовсе не исключено. Вскоре после начала миоцена (около 24 млн лет назад) появилась и другая, более высокоразвитая человекообразная обезьяна — дриопитек, похожий на нынешних шимпанзе. Эти животные быстро перебрались со своей африканской родины, через сухопутные "мосты" в Европу и Азию. По всей видимости, дриопитек ходил на двух ногах, однако бегал и лазил по деревьям при помощи всех четырех конечностей. Возможно, он даже переносил в руках пищу. Итак, история человечества должна была вот-вот начаться.

Список литературы

1.Лит.: Андрусов Н. И., Избр. труды, т. 1-4, М., 1961-65;

2.Колесников В. П., Жижченко Б. П., Эберзин А. Г., Стратиграфия СССР, т. 12 — Неоген СССР, М. — Л., 1940;

.Гладенков Ю. Б., Неоген Камчатки, М., 1972;

.Крашенников В. А., Стратиграфия миоценовых отложений Средиземноморья по фораминиферам, М., 1971;

.Чумаков И. С., Плиоценовые и плейстоценовые отложения долины Нила в Нубии и Верхнем Египте, М., 1967; Жинью М., Стратиграфическая геология, пер. с франц., М., 1952. М. В. Муратов.

Источник: www.BiblioFond.ru