Самые невероятные ледяные чудеса природы. Часть 1 Каким величественным кажется лес после ночного снегопада» alt=»» />

Казалось бы, что еще мы не знаем о замерзшей воде? Однако есть на свете настолько необычные и поистине величественные «шедевры» из снега и льда, что, любуясь на них, просто дух захватывает…

И как жаль, что многие из этих природных чудес удается увидеть лишь ученым, так как они находятся в очень холодных, малонаселенных областях нашей планеты.

Вот подборка красивейших ледяных формирований природы начиная от ледников, застывших водопадов до ледяных пещер и айсбергов…

1. Голубая река, ледники Гренландии

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Это удивительная голубая река образовалась при таянии ледника Петермана в Гренландии, который заполнил низко расположенные области голубой водой. Места заполненный водой меняются сезонно, что каждый раз видоизменяет форму реки. Яркий голубой цвет образовался от ледникового ила.

2. Ледниковые водопады, архипелаг Шпицберген (Свальбард)


Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Свальбард или как его еще называют Шпицберген – это архипелаг в Арктике, находящийся в северной части королевства Норвегии. Несмотря на близость к Северному полюсу, Свальбард относительно теплое место из-за влияния течения Гольфстрима. Это большая территория из островов, которая на 60 процентов покрыта ледниками.

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

У некоторых таких ледников формируются небольшие водопады от таяния снега и льда, которые можно увидеть в теплые месяцы. Огромный ледник Бросвельбрин расположенный на втором самом большом острове – Северо-Восточной Земле протяженностью 200 км покрыт сотнями таких тающих водопадов.

3. Ледяная пещера, остров Исландия

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада


Эта удивительная пещера у лагуны Svínafellsjökull в Исландии была создана ледниковой шапкой вулкана Ватнайёкюдль в национальном парке Скафтафель. Красивый голубой цвет образовался в результате того, что в течение многих веков лед уплотнялся, выдавливая весь воздух. Из-за отсутствия воздуха во льду, он поглощает много света, и пещера обрела уникальную текстуру и цвет.

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Безопаснее всего посещать ледяную пещеру зимой, а для лучшей видимости — после периода дождей. Многие из тех, кому посчастливилось находиться внутри пещеры, слышали трескающиеся звуки. Однако эти звуки возникают не из-за того, что ледник может обрушиться, а потому что он постоянно движется.

4. Ледник Бриксдальсбреен, Норвегия

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Бриксдальсбреен – один из самых известных рукавных ледников Юстедальсбреена –крупнейшего ледника, расположенного в Норвегии.
Он заканчивается небольшим ледниковым озером, расположенным в 346 метрах над уровнем моря.

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Туристы со всего мира приезжают полюбоваться ледником Бриксдальсбреен, расположенном среди водопадов и высоких гор.

5. Ледяной каньон, Гренландия


Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Этот Ледяной каньон в Гренландии глубиной 45 метров был создан талой водой в результате глобального потепления. По краю каньона можно увидеть линии, которые показывают слои льда и снега, образовавшиеся в течение многих лет.

Темные отложения на дне этого канала – это криоконит, пылеватый материал, образующийся в результате выветривания. Он откладывается на снеге, ледниках и ледяных шапках.

6. Ледник «Слоновья лапа», Гренландия

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Этот огромный ледник названный «Слоновья лапа» находится в северной части Гренландии. Серая область в нижней части ледника – зона таяния, которая образовалось от талой воды каналов. Практически идеальная круглая форма ледника имеет диаметр около 5 километров.

7. Замерзшая волна, льдины Антарктиды

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Хотя на первый взгляд может показаться, что перед вами огромная волна, которая замерзла, она образовалась не от волны воды.

iv>
Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

На самом деле это синий лед, который формируется, когда сжатые пузырьки воздуха вытесняются. Лед выглядит голубым, так как когда свет проходит через его толстый слой, синий свет отражается, а красный поглощается.

Сам лед образовался в течение долгого времени, а повторное таяние и замораживание придало формированию гладкий вид.

8. Полосатые айсберги, Южный океан

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Это явление чаще всего можно увидеть в Южном океане. Полосатые айсберги могут иметь синие, зеленые и коричневые полосы и формируются, когда крупные куски льда откалываются от шельфовых ледников и падают в океан.

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Так, например, синие полосы образовались, когда ледниковый покров заполнился талой водой и замерз так быстро, что не успели образоваться пузырьки. Соленая морская вода, содержащая водоросли, может привести к созданию зеленых полос. Другие цвета обычно появляются, когда осадки подхватываются пластом льда, когда тот падает в воду.

9. Ледяные башни вулкана Эребус, Антарктида


Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Постоянно активный вулкан Эребус – это возможно единственное место в Антарктиде, где встречаются лед и пламя. Здесь на высоте 3800 метров можно найти сотни ледяных башен, достигающих до 20 метров в высоту. Нередко они испускают пар, часть которого замерзает внутри башен, расширяя и удлиняя ее.

10. Замерзший водопад

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Мы привыкли считать, что водопады представляют собой величественные потоки воды, но что будет, если водопад вдруг замерзнет.

Так, например водопад Фанг в городе Вэйл в США превращается в огромный ледяной столб в особо холодные зимы, достигая 50 метров в высоту и 8 метров в ширину.

Во время продолжительных зимних морозов, на некоторых частях водопада может образоваться корка льда. Несколько лет назад в Интернете появились фотографии, которые запечатлели замерзший Ниагарский водопад, сделанные предположительно в 1911 году:

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

На самом деле, снимки, скорее всего, были сделаны в марте 1848 года, когда поток воды остановился из-за ледяного затора на несколько часов. Весь водопад полностью не замерз, и некоторые потоки воды все же прорвались. Ниагарский водопад замерз второй раз в истории в 1936 году из-за сильных морозов.

>
Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

11. «Кающиеся снега» — аНдское чудо

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Кальгаспоры или как их еще называют «кающиеся снега» или «кающиеся монахи» или «пенитентес» – это удивительные ледяные шипы, которые формируются на равнинах в высокогорьях, например в горах Анды, которые расположены на высоте 4000 метров над уровнем моря.

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Кальгаспоры могут достигать высоты от нескольких сантиметров, напоминая замерзшую траву, и до 5-ти метров, производя впечатление ледяного леса.


Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Считается, что они образовались благодаря сильному ветру в этой области и солнечному свету, который вызывает неравномерное подтаивание льда и приводит к появлению странных форм.

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Впервые «пенитентес» были описаны Чарльзом Дарвином в 1839 году. Чуть раньше, 22 марта 1835 года он вел свою экспедицию через снежные равнины перевала Пикуэнес по пути из Сантьяго-де-Чили в аргентинский город Мендоса. В этих местах экспедиция столкнулась с огромным множеством подобных снежных скульптур.

Местные жители считали, что пенитентес сформировались сильными ветрами, которые дуют здесь очень часто. В действительности же, не только ветер участвует в их формировании. Они образовываются, когда солнечные лучи превращают снег в пар, при этом не расплавляя его. Этот процесс называется сублимацией.

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Изначально на гладкой снежной поверхности появляются неровности, концентрируя на себе солнечный свет и тем самым еще более ускоряя появление пенитентес. Эти ледяные скульптуры образуются в условиях высокого стояния солнца, сухости воздуха и сильной инсоляции на участках, лишенных моренного покрова или усеянных редкой галькой, вследствие неравномерного таяния фирна. Фирн — это плотно слежавшийся, зернистый и частично перекристаллизованный, обычно многолетний снег.


Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

12. Кунгурская ледяная пещера, Россия

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Кунгурская ледяная пещера – одна из самых больших пещер мира и самых удивительных чудес Урала, которая находится на окраине города Кунгур в Пермском крае. Считается, что пещере уже более 10 тысяч лет.

Ее общая длина достигает 5700 метров, внутри пещеры 48 гротов и 70 подземных озер глубиной до 2-х метров. Температура внутри ледяной пещеры варьирует от -10 до -2 градусов по Цельсию.

Каким величественным кажется лес после ночного снегопада

Кунгурская ледяная пещера завоевала популярность среди туристов благодаря своим ледяным формированиям, сталактитам, сталагмитам, ледяным кристаллам и ледовым колоннам. Самые известные гроты: Бриллиантовый, Полярный, Метеорный, Великан, Руины, Крестовый.


Источники подборки: infoniac.ru/news

(окончание здесь: http://www.myjulia.ru/post/692058/)

Источник: www.myjulia.ru

Каким же он стал необычным и сказочным! Под вековой сосной пушистый куст можжевельника превратился в белого медвежонка, а корни вывернутой ураганом ели очень похожи на взлетающего белого лебедя…
С куста рябины взлетела стайка красногрудых снегирей, а под кустом, словно капли крови, крапинки мякоти от склеванных птицами ягод. Снегири съедают только семена рябины.
А вот две строчки мышиных следов. Мышка вылезла ночью из-под снега — видны отверстие ее норки, потом следы, вмятина на снегу, отпечатки крыльев… Какая-то ночная хищная птица заметила мышку и схватила ее.
Слышу барабанную дробь где-то сверху.


сухой осине большой пестрый дятел лихо расправляется с еловой шишкой. Он пристроил ее в развилке дерева и усердно долбит, а под деревом множество уже вылущенных шишек. Это его столовая.
Лыжи скользят, но, поднимаясь на пригорок, ими приходится притопывать — получаются звуки, похожие на выстрел: “Пах, пах!..” Свежий снег мягкий, как пух. На солнце он искрится и слепит глаза. А вот строчка лисьих следов — тоже, небось, ночью выходила на охоту. “Кар, кар, кар”, — раздается сверху. Это черный ворон летит на поиски какой-либо добычи. Он питается падалью, и в начале зимы ему трудно найти пищу. Зато к концу зимы звери слабеют, гибнут, и для ворона начинаются самые сытные дни. Поэтому в феврале вороны и выводят своих птенцов — легче их прокормить. А теперь самим продержаться бы до конца зимы.
Из-под согнувшейся старой березы выскакивает большой заяц-русак и несется прочь большими прыжками. Я нарушил его покой. Он выбрал себе подходящую лежку — с хорошим обзором, а наклонившаяся береза служила ему своего рода крышей. Жаль, что спугнул косого, пусть лежал бы себе спокойно, еще набегается от собак и охотников.
Зимой день короткий, а я нахожусь уже далеко от дома, пора возвращаться. Притомился малость, но все равно возвращаюсь не по протоптанной тропе, а по свежему снегу. Выхожу к полю, где посеяны озимые. На его противоположном конце стоят три косули. Должно быть, они наведывались сюда подкормиться и раньше, но теперь зеленые всходы скрыл глубокий снег.
Снова летит ворон, но уже в обратном направлении. Достаю свой фотоаппарат и делаю снимок леса, покрытого первым снегом. Сказочно красиво! Бывайте чаще в зимнем лесу, дышите свежим воздухом, любите нашу живописную природу, оберегайте ее. И уносите из леса только хорошие впечатления!

Владимир ЖУКОВСКИЙ
д.Деколы, Барановичский район

Источник: www.sb.by

 

После двухдневного снегопада знакомый лес сделался неузнаваем. Он стал гуще и светлее. Каждая тонкая былинка, облепленная пушистым снегом, смотрелась толстым сучком. Молодые елочки с опущенными до самой земли ветвями возвышались белыми конусами. Небо и земля были одного цвета. Влажный потеплевший воздух пронизывался редкими крохотными кристалликами. В лесной чаще стояла такая тишина, что слух улавливал шепот падающих снежинок. И в этой всеобщей белизне особенно контрастно выделялись черные стволы старых осин и орешника.

Первым покинул зимовье Иван Тимофеевич. Перейдя незамерзающую речку по поваленному ясеню, словно по мостику, он направился в заболоченный пойменный лиственничник. Его помощник Верный трусил за ним на сворке, привязанный к поясу. Почти непроходимая в летнюю пору марь теперь стала доступна человеку, хорошо и далеко просматривалась. Редкие, потерявшие хвоинки лиственницы казались усохшими. Сквозь их ажурные кроны проникало много света. Осторожно ступая по промерзшему болоту, Богатырев зорко всматривался в просветы между деревьями. От его взгляда не ускользнул едва заметный между осоковыми кочками след лося. Зверь прошел вчера. Падающий снег местами сровнял глубокие вмятины от лосиных копыт, но через некоторое время охотник снова обнаружил след. Верный тыкался носом в углубление следов, и тогда поводок натягивался. Охотник сердито оттаскивал собаку за шнурок и шел дальше. Высота кочек увеличивалась. Появилась ива и ольха — верные признаки близости маленького ключа. В таком месте лось мог задержаться на кормежке…

Пока Иван Тимофеевич выслеживал лося, Степан с Кондратом поднимались на сопку. По ее склону росли старые кедры. Иное дерево такое толстое, что и втроем не обнять. В поисках опавших шишек сюда наведывались табуны кабанов. Степан вел на поводке своего волка, Кондрат — Рябчика — помесь лайки с дворняжкой. С вершины сопки открывалась величественная панорама. Со всех сторон к горизонту уходили гряды черно-зеленых сопок, посеребренных снегом. Словно огромные волны безбрежного океана в неподвижности, скованные морозом. Изредка в просветлевшем небе пролетали кедровки, издавая резкие скрежещущие тревожные звуки.

Смахнув снег с сухой валежины, охотники присели отдохнуть; сидели молча, не шевелясь, прислушиваясь к скупым звукам зимнего леса. Рябчик улегся у ног своего хозяина и скусывал снег, примерзший к волосам его передней лапы. Беркут, присев на задние лапы, вглядывался в лесную даль и жадно втягивал носом чистый, казалось лишенный запахов воздух. Он так долго принюхивался к легкому дуновению ветерка, что Степан забеспокоился, снял с плеча карабин и положил его на колени.

— Кого-то причуивает? — прошептал Кондрат.

— Волки завсегда так ведут себя в лесу, — ответил Степан.

Но настороженность Беркута передалась охотникам, и они, наставив к ушам ладони, тоже старались уловить возможные шорохи.

— Никак, поросенок взвизгнул, — с этими словами Степан поднялся и, подойдя к гребню сопки, стал еще внимательнее прислушиваться. Вскоре до его слуха донеслось слабое шуршание многих ног, задевавших за кусты. Недовольно рюхнул кабан. — Чушки идут, — сдавленным голосом проговорил Степан. Взглянув на Кондрата, он понял, что и тот слышит зверей. Приготовив к стрельбе винтовки и погрозив Рябчику, начавшему скулить от нетерпения, охотники осторожно подошли к крутяку. Здесь они стали на фоне толстых древесных стволов, приготовились к встрече со зверями. На какое-то время ими овладело сомнение: не пойдет ли табун стороной? Но кабаны неторопливо поднимались на гребень сопки, где их поджидали охотники. Шум, производимый стадом, нарастал. Теперь явственно слышалось чавканье, треск ломаемых сухих прутьев, сопение. Стоя чуть позади гребня, охотники слышали, но не могли видеть кабанов издали. Замер у ног своего хозяина Беркут. Волчья привычка терпеливо поджидать свою жертву в засаде и теперь способствовала успеху охоты.

Кабаны, видимо, были уже совсем близко: Степан слышал, как с хрустом раздавливаются в сильных зубах поднятые с земли шишки. Сняв с предохранителя курок, Степан поднял приклад к плечу: в любое мгновение мог появиться зверь. И вот он словно из-под земли поднялся над косогором. Это была старая самка — вожак табуна. Опустив низко к земле заостренную длинную морду, она принюхивалась в поисках кедровой шишки и медленно поводила в разные стороны рылом.

Прильнув щекой к холодному прикладу, Степан в прорезь прицела поймал ее узкий лоб и, выровняв мушку, плавно потянул пальцем за спусковой крючок. Глухо, будто лопнуло дерево от мороза, прозвучал одинокий выстрел. Смерть мгновенно застигла спокойно шедшую свинью. Она ссунулась, как будто ноги ее провалились в глубокий снег. Видя, как замерло на месте тело вожака, весь табун, несмотря на грохот выстрела, оцепенел. Мертвая тишина длилась несколько секунд. Нарушил ее секач. Он выскочил из зарослей, чтобы лучше разглядеть опасность, и тут же, получив в лоб вторую пулю Степана, перевернулся навзничь.

После второго выстрела табун с треском сорвался с места и с неимоверной скоростью понесся в том же направлении, в котором только что мирно двигался. Справа и слева мелькали поросята, подсвинки, черные молодые секачи и чушки. Словно вихрь мчались они мимо охотников. Выбирая покрупнее, Степан стрелял их на бегу. Кондрат вторил ему. Табун в своем походе, видимо, изрядно растянулся, и теперь отставшие спешили догнать убежавших вперед, появляясь из-за гребня.

— Пускай Рябчика! — крикнул Степан и отвязал со сворки Беркута. Волк и собака моментально скрылись.

Снова зарядив карабины, охотники принялись внимательно осматривать следы убежавших зверей. Беспорядочная стрельба по бегущим кабанам оказалась малоудачной: на снегу в стороне лежал один подсвинок, да одна самка, чертя передней ногой, отбившись от табуна, убежала под сопку.

— Надо идти за подранком. Вишь, за ним и Беркут устремился, — предложил Степан.

Спустившись с сопки, они дошли до ключа. Раненая свинья пыталась уйти по нему вниз, но тут ее настиг волк. Убив подранка, он лежал тут же рядом в ожидании хозяина. Похвалив Беркута, Степан взял его на поводок. Охотники вернулись к месту, где встретились с табуном. Стащили кабаньи туши в одно место. Нужно было хорошо упрятать добычу от вездесущих ворон: надежно обложить туши лапником…

Тем временем Богатырев-старший брел по следу лося. В морозной тишине спящего леса он услышал далекие, едва различимые звуки выстрелов. По их частоте и беспорядочности он понял, что охотники наткнулись на кабанов. Лося, за которым шел Богатырев, привлекали заросли тальника. Зверь часто останавливался, обкусывая тонкие побеги лозы. Иногда он грудью нагибал молодые осинки, пропуская их между ног, легко достигал вершины и объедал гибкие ветви.

Свободно продвигаться по мари Богатыреву мешала пожелтевшая осока, свисавшая густыми прядями с высоких кочек. К счастью, на пути попался торфянистый ключ. Ступив на лед и убедившись в его достаточной прочности, он пошел по нему. Бесшумно пробирался охотник кривулистым руслом, озираясь по сторонам. Следы лося по-прежнему тянулись по берегу. Зверь делал короткие шаги, подолгу стоял на одном месте: на таких следах снег плотно спрессовывался и обледеневал. Видно по всему: сытое животное было спокойно и подыскивало место для отдыха.

Тальник сменился густой низкой порослью молодых лиственниц. Оглядев их, Богатырев повернул голову вправо, где виднелся молодой осинник, затем снова бросил взгляд на лиственничник и — замер на месте. В нескольких шагах от него за густой сеткой зарослей стоял высокий горбоносый лось. Большие уши зверя были направлены в сторону охотника, спугнувшего его с лежки. Молниеносным движением карабин был сброшен с плеча и прижат к щеке. Прищурившийся глаз охотника увидел на конце золотистой мушки черное плечо насторожившегося зверя. Грохот выстрела словно покачнул лося. Он развернулся, но вторая пуля, пронзив его тело посередине, сковала движения. Бык накренился и, ломая молодые деревца своей массой и огромными рогами, повалился на бок…

В этот день первой пороши удача сопутствовала не всем членам бригады. Матвей с Маркиным вскоре нашли свежие следы кабанов. Табун разбрелся и мирно пасся в густых пихтачах. После длительного скрадывания Матвей не выдержал и выстрелил преждевременно по кабану, стоявшему в густом кусту орешника. Пуля срикошетировала, табун напугался и, стронувшись с места кормежки, шел без остановки.

Разгоряченные охотники долго преследовали кабанов. Задевая деревья, они вызывали на себя снежные обвалы кухты. Одежда вскоре промокла. Выбрав сухой кедр, зверобои подожгли его. Когда дерево, подточенное огнем, рухнуло, они стащили в общую кучу обломки ствола и сучьев. У жаркого костра пересушили одежду, сварили немудрящий обед. Силы вернулись к ним, но день клонился к исходу. Теперь уж не догнать кабанов. Оставалось одно: возвращаться в зимовье, а по пути, может, и выпадет какая удача.

Спустившись в глухой ключ, Матвей обнаружил медвежий след. Он петлял по косогору, тянулся к каждому большому дереву.

— Гималаец прошел, берлогу ищет. Может, последим? — предложил Матвей.

— Поздновато, но, коли он попутно идет, можно и пройтись.

Поглядывая на опускающееся к горизонту солнце, зверобои прибавили шагу. Они были уверены, что медведь заляжет в берлогу, и поэтому осторожно крались по следу. В густых зарослях пихтача след казался особенно свежим. Медведь то шел старыми кабаньими тропами, то забирался на поваленные деревья. Интересуясь сухостоем, он поворачивал к каждому пню, обходил вокруг, на некоторые поднимался, проникал в обширные дупла. Вымазав лапы в коричневой трухе, следил ими по чистому снегу. Затаив дыхание, продвигались охотники, боясь спугнуть зверя на следу.

Впереди показалась огромная старая лиственница, следы вели к ней. «Залез!» — в один голос с облегчением прошептали охотники. Осторожно обойдя несколько раз вокруг дерева и пристально рассмотрев на его поверхности свежие царапины медвежьих когтей, они увидели на большой высоте черное отверстие в стволе, недавно прогрызенное медведем. Отойдя немного в сторону, посовещались:

— Снизу лесина ядреная, пустоты нет, — заметил Матвей.

— Да, видать, высоко лежит, как выживать будем? — сокрушался Маркин.

— Свалить — сам вылезет.

— Может, его пулей пошевелить?

— А если ты наповал его в дупле уложишь? Тогда хочешь не хочешь — рубить надо, а такую дуру да в два топора — в день не повалить. Давай оставим до другого раза, — окончательно решил Матвей. Его спутник возражать не стал. Не привязывая к сворке собак, охотники направились в зимовье.

Солнце спряталось за лесистую сопку, но небо еще долго светилось голубизной. Постепенно темнели на нем золотистые облака, и густые сумерки стали заволакивать узкие пади, поросшие темным ельником и кедрачом.

Первым в избушку возвратился бригадир. Он принес лосиную печень и, порезав ее крупными кусками, поставил варить. Затем подошли Степан с Кондратом, сняли с плеч рюкзаки с кабаньим салом и мясом. Теперь этими продуктами бригада обеспечена была вдосталь.

Напилив сырых ясеневых дров, охотники развесили свою мокрую от снега одежду у жарко топившейся печки, а сами прилегли на нары. Приятная истома после трудового дня сковала усталые тела.

— Ну, кто кого добыл? — спросил бригадир. Степан рассказал, как неожиданно на них набрел большой табун во время их отдыха на сопке, как они выбили из него четырех кабанов.

— Кабан хорошо заелся, — добавил Степан, — жирнющий. Секачи уже с табунами ходят: видать, гон нынче ранний будет.

— Вам подфартило! Да и я не промах — одного лося добыл. Правда, бык хоть и большой, да худой: после гона они завсегда такие. Но и то мясо. Что-то Матвей с Маркиным не идут. Знать, далеко утянулись. Однако, печенка уварилась, погляди-ка, Кондрат.

Из-под крышки кастрюли вырвался клуб душмяного пара, и все сразу почувствовали, что изрядно проголодались. Но ужинать не садились, поджидая товарищей. Подбросив дров в печку, Кондрат приоткрыл дверь. В просвет показалась узкая полоска темного неба с редкими яркими звездами. Где-то невдалеке ухал филин.

Лениво взбрехнувший Рябчик оповестил о приближении запоздавших. Вскоре к открытой двери подбежали собаки, заскрипел снег, и двое возвратившихся к зимовью промысловиков повесили на гвоздь, вбитый снаружи в бревенчатую стену, свои карабины. Бригада собралась в полном составе.

Источник: litresp.ru

В углу, плача, тихо всхлипывал трехлетний мальчишка.

— Чем он недоволен? — спросил я Марфу, занятую приготовлением завтрака.

— Петро-то? Должен был Борька прийти, да чего-то задержался. Вот он и ревет. Да и я беспокоюсь…

Снаружи послышались торопливые шаги по снегу и легкий стук в дверь. Петро сразу смолк и, вытирая рукавом мутные слезы, заулыбался, а Марфа распахнула дверь. Вместе со струей холодного воздуха в зимовье ворвался козел. Это было так неожиданно, что я буквально оторопел. В следующее мгновенье я увидел у него на шее голубую тряпочку, Тяжелое дыханье выдавало усталость — видно, издалека бежал к зимовью.

— Пришел, Боренька, хороший мой, — нараспев ласково заговорила Марфа, приседая.

Тот бросился к ней, лижит лицо, руки, а Петька гогочет от восторга, виснет на Борьке, обнимает его.

Я встаю, невольно взволнованный этой трогательной картиной и той привязанностью, что сроднила эти три существа, живущие в ветхом зимовье на краю старого бора. Какой-то необыкновенной теплотой наполнилась избушка. Сколько радости принесла всем им эта встреча! И мне вдруг стало страшно при одной мысли, что я мог убить Борьку.

Ласкаясь, Борька косит свои черные глаза на стол, Марфа ревниво отварачивает его голову, ласково прижимает к себе и что-то шепчет, но тот вырывается. В дальний угол кувырком летит с него Петро и, стиснув от боли пухлые губы, молчит, а слезы вот-вот брызнут из глаз.

На столе Борьку ждет завтрак — хлебные крошки. Он поднимает голову и, ловко работая языком, собирает их в рот. Затем бросается в угол к чашке. Петька преграждает ему путь. Борька бьет его грудью, отталкивает.

Припав к чашке, козел с жадностью пьет соленую воду, фыркает, обдавая брызгами мальчишку.

— Иссе, иссе… — кричит Петька, захлебываясь от смеха.

После завтрака Борька становится вялым, им начинает овладевать какое-то безразличие.

— Еще вчера до заката ушел, всю ночь с табуном проходил, может, волки гоняли, устал. Утрами в это время он привычен спать.

Мать ловит Петьку, одевает в меховую дошку и выталкивает за дверь.

— Иначе не даст уснуть Борьке, — говорит она, подбрасывая в печку дров.

А козел крутится посреди зимовья. Он ищет место для отдыха, бьет по полу копытцами, отгребает ногами воображаемый снег и падает. Ему кажется, что он лег в лунку, сделанную им на земле. Это у коз врожденное. Они никогда не ложатся на снег или на траву.

Мы выходим из зимовья. Неведомо куда исчезли тучи. Над тайгою взошло солнце, и на заснеженную землю легли замысловатые тени старых сосен. Каким величественным кажется лес после ночного снегопада! Все принарядилось, посвежело.

— Мы из стойбища Селикан, — затоварила Марфа, — не бывал там?.. Сюда только зимою промышлять приезжаем. Борька маленький прибежал к нам прошлой весной. Вышла как-то я из зимовья, слышу, кто-то кричит, совсем как ребенок. Смотрю, бежит ко мне козленок маленький, только что родился, мать зовет. Проклятые волки тут, на увале, ее разорвали. Поймала я козленка и оставила у себя. Так он и прижился. Ласковый вырос, мимо человека не пройдет, а не понимает, что опасно, могут по ошибке, а то и с намерением убить… Люди разные, иной так и норовит нашкодить.

— А вы не пускайте его из зимовья, — посоветовал я, вспомнив свою вчерашнюю встречу с Борькой.

— Что ты! Без тайги зверю — неволя. Нельзя не пускать. Вечерами Борька уходит в лес к диким козам, кормится, играет, а утром обязательно прибежит. Видишь, дыра в обшивке двери, это он копытом пробил» всегда в одно место стучится. Утром так и ждем этот стук, Петька ревет, и сама думаю: «Придет ли?»

— Колокольчик надо повесить на шею, тогда каждый догадается, что он домашний.

— Что ты, колокольчик совсем вешать нельзя, все козы от него убегать будут.

Источник: tululu.org

И он заторопился. Разломив пополам горячую лепёшку, сунул её за пазуху. Скрипнула дверь, и в тёмной, растревоженной ветром тайге шаги старика смолкли.

А мне уже трудно было отвести мысли от Гурьяныча. Старик как-то весь открылся мне в этой встрече в зимовье. Всё у него от леса, где он родился и утверждал своё право на жизнь, на хлеб, на тёплый угол. Лес одинаково наложил отпечаток и на его внешность и на характер. У него и фигура, и походка, и заячья шапка, и однорядка, и шомполка составляют одно целое. К тому же старик обладает необыкновенной обаятельностью, которая обнаруживается с первых его слов. Весь он открыт, как лес в солнечный день. Природа в Гурьяныче, кажется, показала, какими отличными качествами она награждает людей за их привязанность к ней.

В избе от накалившейся докрасна печки стало жарко. Я прилёг на шкуру и, засыпая, подумал: «Какой вкусной покажется старику горячая лепёшка на холодном смолевом воздухе».

А снег всё шёл и шёл. Шумели, баюкая сон, старые сосны…

Меня разбудил запах распаренной сохатины и лука. В углу, плача, тихо всхлипывал трёхлетний мальчишка.

— Чем он недоволен? — спросил я Марфу, занятую приготовлением завтрака.

— Петро-то? Должен был Борька прийти, да чего-то задержался. Вот он и ревёт. Да и я беспокоюсь…

Снаружи послышались торопливые шаги по снегу и лёгкий стук в дверь. Петро сразу смолк и, вытирая рукавом мутные слёзы, заулыбался, а Марфа распахнула дверь. Вместе со струёй холодного воздуха в зимовье ворвался козёл. Это было так неожиданно, что я буквально оторопел. В следующее мгновенье я увидел у него на шее голубую тряпочку, Тяжёлое дыханье выдавало усталость — видно, издалека бежал к зимовью.

— Пришёл, Боренька, хороший мой, — нараспев ласково заговорила Марфа, приседая.

Тот бросился к ней, лижит лицо, руки, а Петька гогочет от восторга, виснет на Борьке, обнимает его.

Я встаю, невольно взволнованный этой трогательной картиной и той привязанностью, что сроднила эти три существа, живущие в ветхом зимовье на краю старого бора. Какой-то необыкновенной теплотой наполнилась избушка. Сколько радости принесла всем им эта встреча! И мне вдруг стало страшно при одной мысли, что я мог убить Борьку.

Ласкаясь, Борька косит свои чёрные глаза на стол, Марфа ревниво отварачивает его голову, ласково прижимает к себе и что-то шепчет, но тот вырывается. В дальний угол кувырком летит с него Петро и, стиснув от боли пухлые губы, молчит, а слёзы вот-вот брызнут из глаз.

На столе Борьку ждёт завтрак — хлебные крошки. Он поднимает голову и, ловко работая языком, собирает их в рот. Затем бросается в угол к чашке. Петька преграждает ему путь. Борька бьёт его грудью, отталкивает.

Припав к чашке, козёл с жадностью пьёт солёную воду, фыркает, обдавая брызгами мальчишку.

— Иссе, иссе… — кричит Петька, захлёбываясь от смеха.

После завтрака Борька становится вялым, им начинает овладевать какое-то безразличие.

— Ещё вчера до заката ушёл, всю ночь с табуном проходил, может, волки гоняли, устал. Утрами в это время он привычен спать.

Мать ловит Петьку, одевает в меховую дошку и выталкивает за дверь.

— Иначе не даст уснуть Борьке, — говорит она, подбрасывая в печку дров.

А козёл крутится посреди зимовья. Он ищет место для отдыха, бьёт по полу копытцами, отгребает ногами воображаемый снег и падает. Ему кажется, что он лёг в лунку, сделанную им на земле. Это у коз врождённое. Они никогда не ложатся на снег или на траву.

Мы выходим из зимовья. Неведомо куда исчезли тучи. Над тайгою взошло солнце, и на заснеженную землю легли замысловатые тени старых сосен. Каким величественным кажется лес после ночного снегопада! Всё принарядилось, посвежело.

— Мы из стойбища Селикан, — заговорила Марфа, — не бывал там?.. Сюда только зимою промышлять приезжаем. Борька маленький прибежал к нам прошлой весной. Вышла как-то я из зимовья, слышу, кто-то кричит, совсем как ребёнок. Смотрю, бежит ко мне козлёнок маленький, только что родился, мать зовёт. Проклятые волки тут, на увале, её разорвали. Поймала я козлёнка и оставила у себя. Так он и прижился. Ласковый вырос, мимо человека не пройдёт, а не понимает, что опасно, могут по ошибке, а то и с намерением убить… Люди разные, иной так и норовит нашкодить.

— А вы не пускайте его из зимовья, — посоветовал я, вспомнив свою вчерашнюю встречу с Борькой.

— Что ты! Без тайги зверю — неволя. Нельзя не пускать. Вечерами Борька уходит в лес к диким козам, кормится, играет, а утром обязательно прибежит. Видишь, дыра в обшивке двери, это он копытом пробил — всегда в одно место стучится. Утром так и ждём этот стук, Петька ревёт, и сама думаю: «Придёт ли?»

— Колокольчик надо повесить на шею, тогда каждый догадается, что он домашний.

— Что ты, колокольчик совсем вешать нельзя, все козы от него убегать будут. Куда годится! Может, лучше пусть уходит совсем с табуном, научится бояться людей, дольше проживёт. Ты как думаешь?

— А Петька? Да и сама ты кого ждать утрами будешь?

— Поплачем и привыкнем. Хуже будет, если люди убьют… — И она отвернулась от меня, дрогнули её плечи.

— Напрасно расстраиваешься, Марфа, может, всё обойдётся, — пытаюсь я успокоить её.

— Нет, я знаю, половина месяца назад Борька пришёл в крови, кто-то в него ружьё разрядил. Два дня не выходил из зимовья, думала, пропадёт. Но скоро забыл, опять ластится к людям в тайге, мимо не проходит, а то не знает, что убить могут, — твёрдо сказала она.

«А ведь это могло случиться вчера», — с ужасом подумал я, и у меня не нашлось слов разубедить её.

— Скажи, что надо сделать, чтобы уберечь Борьку? Правду говорю тебе: он хороший, ласковый к людям.

Я подумал что это невозможно. Во многих людях ещё живёт беспощадность к дикому зверю.

— Кто-то едет, — вместо ответа сказал я, повернувшись к дороге.

Между сосен ползла длинная тень. Вот она появилась в широком просвете леса. Это Кудряшка тянула розвальни. Позади шёл Пашка.

Лошадь широко раздувая от одышки бока, понуро брела по чуть заметной, запорошенной снегом колее.

— Т-р-р-р! — крикнул Пашка, останавливая Кудряшку. — Здравствуйте, тётя Марфа!

— Ты чего так рано? — ответила та.

— За дядей приехал, дедушка просил поторопиться.

— Успеешь, распрягай лошадь, поставь к сену. Петька, посмотри, кто приехал! — крикнула вдруг Марфа, заглянув за избушку.

Оттуда показался Петька, весь в снегу.

— Паска! Паска! — закричал он, бросаясь навстречу.

— Здорово, мужик! — басит Пашка, подражая Гурьянычу. — Где твой козёл? Убежал?

Дверь в избе неожиданно распахнулась, и на пороге появился Борька. Он не сводит глаз с Пашки, чего-то ждёт.

Парнишка отбрасывает полу дошки, не торопясь, с явным удовольствием запускает руку в глубокий карман штанов, достаёт жменю овса. Два прыжка — и Борька возле него, хватает овёс, долго жуёт, взбивая губами пену. Потом тычется влажным носом в карман, требует остатки.

Источник: ruread.net